Подписаться
Курс ЦБ на 13.11
63,80
70,42
Деловой квартал / Новости / Единственное жилье должника: революция в обращении взыскания? / МНЕНИЕ
Единственное жилье должника: революция в обращении взыскания? / МНЕНИЕ
Источник: фото из архива спикера

Единственное жилье должника: революция в обращении взыскания? / МНЕНИЕ

Самое читаемое
  • «Увидел первый миллион на счёте в 20 лет. Чувствовал себя шейхом, но потом корона слетела» «Увидел первый миллион на счёте в 20 лет. Чувствовал себя шейхом, но потом корона слет...
  • «Путину скучно с нами». Галкин высмеял российскую политику и засилье новостей про Украину «Путину скучно с нами». Галкин высмеял российскую политику и засилье новостей про Украину
  • Только 2% россиян полностью отказались от наличных Только 2% россиян полностью отказались от наличных
  • Концерны перестали бояться падения спроса: автомобили дорожают даже на падающем рынке Концерны перестали бояться падения спроса: автомобили дорожают даже на падающем рынке
  • Стать шефом формально недостаточно. Как повысить свою влиятельность на работе? Стать шефом формально недостаточно. Как повысить свою влиятельность на работе?
15:18   03.12.2018

Закрепление в Гражданском процессуальном кодексе РФ нормы о невозможности обращения взыскания на единственное жилье должника породило множество практических проблем.

Партнер JBI Group Олег Проскурин:

— Особенно это обострилось после включения в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» главы о банкротстве физических лиц.

Суды столкнулись с ситуацией, когда зачастую невозможно соблюсти баланс интересов в отношениях «кредитор — должник». С одной стороны, выносятся решения о взыскании с физических лиц денежных средств. С другой стороны, большую часть таких решений невозможно исполнить, потому что у должника нет средств и имущества, на которое можно обратить взыскание. А на единственное жилье законодатель распространяет имущественный (исполнительский) иммунитет.

Но как быть с дорогостоящим жильем должников — оставить им в собственность? Или со злоупотреблениями банкротов в отношении своих активов? Еще пару недель назад перспектива решения проблемы в российской правоприменительной практике представлялась отдаленной. Но сразу два события конца ноября пролили свет на тяжелый вопрос единственного жилья. Сначала Верховный Суд вынес решение, в котором указал, что единственное жилье, которое принадлежит банкроту, может быть продано для погашения долгов. А затем Минюст РФ кардинально доработал свой законопроект об изъятии единственного роскошного жилья.

Впрочем, обо всем по порядку. Еще в 2012 г. Конституционный Суд РФ вынес постановление, в котором указал, что имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении жилых помещений обоснован, поскольку нацелен на соблюдение значимого социального права — права на жилище. Вместе с тем КС РФ подчеркнул, что жилое помещение должно быть разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимой потребности человека в жилище1. Но в дальнейшем, на основании этого Постановления, законодатель не установил пределы действия имущественного (исполнительского) иммунитета применительно к жилому помещению. Это негативно сказывается на правах кредиторов, которые лишены реальной возможности получить удовлетворение за счет продажи излишков жилого помещения.

Что делать, если единственное жилье по площади превышает социальные нормы в десятки раз, а долги перед кредиторами огромны?

В научной и профессиональной среде высказывались различные точки зрения.

Одни предлагают переселение, раздел жилого помещения в натуре и обращение взыскания на его часть2, другие — отчуждение жилья с выплатой части вырученных денежных средств3, третьи — передачу кредитору в собственность части жилого помещения должника и т.д.

Судья Волгоградского областного суда, кандидат юридических наук, доцент Алексей Зарубин считает, что серьезное внимание заслуживают только два способа:

1) выдел части жилого помещения в натуре;

2) дробление права с обращением взыскания на вновь образованную долю4.

Андрей Егоров, первый зампредседателя совета Исследовательского центра частного права им. С.С. Алексеева при президента РФ, предлагает для устранения откровенной несправедливости производить продажу единственного жилого помещения, явно несоразмерного для удовлетворения жилищной потребности должника и членов его семьи, выделять разумную сумму для приобретения замещающего жилого помещения5.

Собственно, законодатель тогда не заставил себя долго ждать, была предложена новая редакция абз. 1 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ, которая предусматривает возможность отчуждения всего имущества и предоставления должнику части вырученных средств, достаточных для приобретения иного пригодного жилья6. Данный законопроект был внесен в Государственную Думу ФС РФ, но 15 ноября 2017 г. был отклонен.

9 января 2017 г. Министерство юстиции РФ вынесло на общественное обсуждение законопроект, который дает возможность обращать взыскание на единственное жилье должника.

Так, продавать единственное жилье должника предлагалось при соблюдении двух условий: если площадь помещения в два раза превышает законодательно утвержденную норму для должника и его семьи, а стоимость — двукратную стоимость жилого помещения, которое полагается им по закону. При этом у должника не должно быть денег и иного имущества, которое можно было бы продать для возврата задолженности. Остаток вырученных за жилье средств после погашения долга предлагалось возвращать должнику7.

Поэтому анализ судебной практики показывает, что в делах о банкротстве физических лиц, судьи по-прежнему выносят решения в пользу должника. Так, например, предложения кредиторов о внесении на депозит суда денежных средств для последующего приобретения должнику жилого помещения или приобретении должнику недвижимого имущества за счет дополнительно привлеченных денежных средств (кредитора) отвергаются судом со ссылкой на Закон о банкротстве8.

Что изменилось сейчас?

22 ноября 2018 г. Верховный Суд вынес решение по делу, в котором указал, что единственное жилье, которое принадлежит лицу, признанному банкротом, может быть продано для погашения долгов.

В этом деле учитывались следующие обстоятельства:

  1. На протяжении 10 лет судебного разбирательства должник не производил ни одной добровольной выплаты. Единственное жилье передал своей жене по соглашению о разделе имущества, после чего та же подарила ее дочери. Это позволило признать эти сделки недействительными;
  2. Единственное жилье, на которое возможно было обратить взыскание, представляет собой трехэтажную пятикомнатную квартиру площадью 198 кв. м.

Также ВС РФ отметил, что инициировав процедуру банкротства, должник злоупотребил правом, так как его целью был уход от долгов, а единственное жилье исключается из конкурсной массы.

Это дело связано с злоупотреблениями должника, которых не мало вскрывается в процедурах банкротства физических лиц. И здорово, что ВС РФ наконец отреагировал не формально, применив ограничения, несмотря на размеры и стоимость недвижимости, а с учетом конкретных обстоятельств дела: роскоши и вывода активов.

Но что делать с долгами «честных» банкротов, у которых единственным жильем остается достаточно дорогостоящая недвижимость?

Ответить на этот вопрос попытался Минюст РФ, существенно доработав свой первоначальный законопроект об изъятии единственного роскошного жилья. Что же он предлагает?

1. Изъятие жилья только в рамках процедуры банкротства.

Тем самым уже «отсекаются» небольшие долги (ЖКХ, бытовые займы, например) – ведь банкротство вещь недешевая, а инициирующий процедуру кредитор должен иметь долг более 500 тыс. руб. Процедурой, в которой возможно изъятие, может быть только «реализация», а значит, время на «подготовку изъятия» может уйти не менее полугода (без учета времени на «просуживание» долга), если, конечно, с заявлением о признании банкротом и введении реализации не обратится сам должник.

2. Законопроект распространяется на все виды долгов, а не только на алименты и возмещение вреда, как обещали ранее в министерстве. Можно предположить, что законопроект выгоден достаточно крупным кредиторам, например, банкам. Изъять будет можно, если размер требований «соразмерен стоимости спорного жилища» — предполагается, что размер долга должен быть более 1 млн руб. либо более 5% от стоимости недвижимости. Остается вопрос – что будет с другими конкурсными кредиторами, не попадающими под эти критерии.

3. Критерии «роскошности» жилья.

В этом проекте критерии «роскошности» жилья  размыты: пока не доказано иное, не считается роскошным жилище, стоимость которого заведомо не превышает 30 млн руб., либо на каждого члена семьи должника, проживающего в нем, не превышает 30 кв. м.

Бремя доказывания «роскошности» — на заявителе, которым может быть арбитражный управляющий либо кредитор.

4. Гарантии для должника.

Предполагается, что суд при разрешении спора об изъятии будет принимать во внимание число проживающих совместно с должником и «иные обстоятельства», как вариант — наличие несовершеннолетних или нетрудоспособных.

Кроме того, гарантии касаются и минимальной площади обменного жилья: на каждого члена семьи должно приходиться не менее 10 кв. м. жилой площади и 20 кв. м. общей, количество изолированных комнат — не менее половины числа членов семьи. Не должна ухудшиться доступность садиков, школ, больниц для детей и нетрудоспособных иждивенцев должника. Суд может определить также дополнительные критерии с учетом места работы и учебы, заболеваний членов семьи и иных обстоятельств. Кредитор и финансовый управляющий должны обеспечить возможность участия должника и членов его семьи в просмотре нового жилья.

Кроме того, проект предусматривает возможность на год приостановить рассмотрение вопроса об изъятии жилья при наличии уважительных причин у должника и членов его семьи, в частности, беременности, наличия детей до одного года, тяжелой болезни.

Оставшиеся после реализации роскошного жилья средства пойдут на погашение долгов кредиторов, а остатки — достанутся должнику.

Но, разумеется, самой главной гарантией должнику является обеспечение должника более скромным жильем, собственно отсутствие механизма которого и тормозит развитие этого института реализации.

Кредитор (или кредиторы) за счет конкурсной массы или при ее отсутствии за свой счет должны будут еще до продажи купить должнику взамен другое, более скромное жилье. Видимо, суд будет утверждать и требования к этому жилью: расположение в том же населенном пункте, что и изымаемое, не аварийное и уже построенное.

Добавлю также, что гарантии нужны не только должнику, но и кредитору, который до реализации конкурсной массы, фактически должен еще «потратиться» на должника. Варианты финансирования кредиторами процедуры банкротства, например, для сохранности конкурсной массы, не новы и давно применяются, но тут размер финансирования и соотношение с долгом, а, следовательно, и риски для кредитора — другие. Финансовым механизмом могла бы быть прямая покупка кредитором. Но как быть, если кредиторов несколько? Депозит суда или на худой конец специальный счет арбитражного управляющего – эти и многие другие вопросы предстоит решать законодателю.

Остается надеяться, что этот законопроект не заставит себя еще долго ждать и соответствующие изменения будут в Законе о банкротстве. В их же отсутствие рискну предположить, что практика об изъятии единственного жилья, подобная постановлению Верховного Суда РФ от 22 ноября 2018 г., будет появляться все чаще, и у кредиторов появится дополнительная возможность оспаривать действия должника, ссылаясь на его недобросовестность. Как будет складываться судебная практика, покажет время.

Постановление Конституционного Суда РФ от 14.05.2012 N 11-П «По делу о проверке конституционности положения абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Ф.Х. Гумеровой и Ю.А. Шикунова» // Российская газета. 30.05.2012. N 121.
Демкина А., Муршудова В.М. Кызы. Пределы имущественного иммунитета // ЭЖ-Юрист. 2014. N 30. С. 1, 3.
3 Гальперин М.Л. Обращение взыскания на единственное жилое помещение должника-гражданина: существует ли нормативное решение? // Закон. 2013. N 10. С. 111 – 124.
4 Зарубин А.В. Дробление права собственности на жилое помещение помимо воли собственника и обращение взыскания на вновь образованную долю // Российский судья. 2017. N 10. С. 9 – 13.
5 Егоров А.В. Процедура банкротства граждан-предпринимателей. Семь проблемных вопросов практики // Арбитражная практика. 2014. N 12. С. 40.
6 Проект федерального закона N 175340-6 «О внесении изменений в статью 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» (в ред., внесенной в ГД ФС РФ, текст по состоянию на 21 ноября 2012 г.) // СПС «КонсультантПлюс».
7 Проект Федерального закона «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Семейный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон "Об исполнительном производстве» (не внесен в ГД ФС РФ, текст по состоянию на 30.12.2016) // СПС «КонсультантПлюс».
8 Постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.04.2017 N Ф05-3884/2017 по делу N А41-84978/2015; Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.08.2018 N 09АП-43450/2018 по делу N А40-184236/15.
Система Orphus
Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter.
Наверх
Чтобы пользоваться всеми сервисами сайта, необходимо авторизоваться или пройти регистрацию.
  • вспомнить пароль
Вы можете войти через форму авторизации зарегистрироваться
Извините, мы не можем обрабатывать Ваши персональные данные без Вашего согласия.
  • Укажите ваше имя
  • Укажите вашу фамилию
  • Укажите E-mail, мы вышлем запрос подтверждения
  • Не менее 5 символов
Если вы не хотите вводить пароль, система автоматически сгенерирует его и вышлет на указанный e-mail.
Я принимаю условия Пользовательского соглашения и даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с Политикой конфиденциальности. Извините, мы не можем обрабатывать Ваши персональные данные без Вашего согласия.
Вы можете войти через форму авторизации
Самое важное о бизнесе.
Читайте лучшие публикации каждое утро. Подпишитесь на рассылку «Делового квартала».
Я даю согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с Политикой конфиденциальности. Извините, мы не можем обрабатывать Ваши персональные данные без Вашего согласия.